Отвечает специалистка проекта ТыНеОдна, клинический психолог и психолог-сексолог, Шарифьянова Эвелина
Сталкинг представляет собой форму девиантного поведения, цикл воздействий, включающий повторные и продолжающиеся попытки навязать другому человеку нежелаемое им знакомство и/или контакт. Проявляется в виде физического преследования, навязчивых звонков и сообщений, сбора информации о жертве, слежки за ее социальными сетями, домом или местом работы.
Психологический портрет сталкера различен. В одних случаях он может встречаться при бреде влюбленности (эротомании), где разворачивается глубокое искажение восприятия и эмоциональной сферы, а реальная ситуация постепенно подменяется вымышленной. В других случаях подобное поведение возникает у людей с выраженными пограничными или нарциссическими личностными чертами, когда другой человек становится фигурой, поддерживающей собственную значимость, способом удерживать целостность своего «Я» через любую реакцию на преследование. Также наиболее часто сталкинг развивается после расставания, развода или отказа, когда человек пытается вернуть отношения, что-то доказать или отомстить, сохраняя ощущение власти через контроль и обладание информацией о преследуемом.
-
Основная функция сталкинга состоит в том, чтобы любой ценой сохранить свое присутствие в жизни человека. В этот момент сталкер оказывается неспособен принять автономию другого и выдержать различие с ним. Возникает повторяющийся цикл: вторжение, провокация реакции, переживание отвержения как катастрофы, вхождение в аффект и новое преследование. Любая реакция жертвы, даже отрицательная, начинает восприниматься как подтверждение существования связи, поэтому слежка и навязчивые попытки контакта временно снижают тревогу и создают иллюзию сокращения дистанции. Постепенно граница между «знать» и «владеть» стирается, поскольку обладание информацией начинает переживаться как форма обладания самим человеком. При этом чем интенсивнее становится преследование, тем сильнее другой человек стремится увеличить дистанцию, что лишь вновь запускает этот цикл.
Последствия для жертвы могут варьироваться от выраженной тревоги и снижения качества жизни до сексуального насилия, похищения или убийства. Для самого сталкера каждый новый эпизод преследования приносит лишь кратковременное облегчение. Затем навязчивость и внутренняя пустота возвращаются с большей силой, поэтому и возникает потребность вновь искать контакт. Постепенно закрепляется дезадаптивный способ переживания привязанности, а зависимость от реакции другого человека становится все сильнее. Разорвать этот цикл можно только через столкновение с реальностью утраты, проживание горя и постепенный отказ от иллюзии контроля над жизнью другого человека.
Отвечает Мария Озерова, специалистка проекта ТыНеОдна, практикующий психолог, консультант в интегративном подходе
Одной из причин, по которой сталкинг так трудно распознать, является то, что многие его проявления внешне похожи на поведение влюбленного человека. Настойчивость, желание постоянно быть рядом, потребность знать, как живет другой, стремление вернуть отношения — все это легко принять за проявление сильных чувств. Более того, десятилетиями массовая культура поддерживала идею о том, что настоящая любовь должна быть настойчивой. Герои фильмов не принимают отказ, появляются под окнами любимых, устраивают случайные встречи, пишут письма, дарят цветы и в конечном итоге получают взаимность. Такой сюжет настолько привычен, что многие перестают замечать момент, когда романтический жест превращается в нарушение личных границ.
Однако с психологической точки зрения любовь и контроль — это разные процессы. Любовь предполагает способность видеть другого человека отдельной личностью, уважать его желания, выбор и право отказаться от отношений. Контроль, напротив, возникает тогда, когда собственная потребность становится важнее свободы другого человека. Именно поэтому главным критерием сталкинга является не сила чувств, а реакция на отказ. Если человек продолжает добиваться контакта после того, как ему ясно дали понять, что общение не будет продолжено, речь идет уже не о любви, а о невозможности принять реальность.
Это особенно трудно признать самому преследователю. В его внутреннем мире события выглядят совершенно иначе. Он убежден, что борется за отношения, а не разрушает их. Ему кажется, что, если другой человек увидит глубину его чувств, поймет его мотивы или просто согласится еще раз поговорить, все изменится. Именно поэтому многие сталкеры искренне удивляются, когда их поведение называют пугающим. Они не ощущают себя агрессорами. Они ощущают себя людьми, которых не услышали.
-
Но человеческая психика устроена так, что намерения и последствия далеко не всегда совпадают. Можно не хотеть причинить вред и при этом причинять его. Можно действовать из боли, но создавать боль другому. Именно поэтому в психологии принято оценивать не только мотивы поведения, но и его влияние на другого человека.
Интересно, что многие сталкеры постепенно перестают замечать самого человека, которого преследуют. Это звучит парадоксально, но со временем объект преследования начинает существовать не как реальная личность, а как образ, созданный собственной психикой. Этот образ наделяется особыми качествами, становится источником надежды, способом вернуть утраченное чувство безопасности или собственной ценности. Реальный человек со своими желаниями, страхами и правом отказаться словно исчезает. Остается только внутренняя идея о том, что отношения должны быть восстановлены.
Именно поэтому психологи нередко говорят, что сталкер в какой-то момент начинает преследовать уже не самого человека, а собственную фантазию о нем.
Отвечает специалистка проекта ТыНеОдна, психологиня Кравцова Анастасия
Первое, что надо сказать: сталкинг является одной из форм насилия. Психологического. Слежка и преследование против воли человека — это насилие. И оно забирает у вас самое важное. Что именно забирает слежка?
Базовую человеческую потребность в безопасности. Ощущение, что «я себе принадлежу». Вы перестаёте одеваться как нравится, ходить куда хочется, писать что думаете. Каждое решение проходит через обдумывание: «А безопасно ли?». Вы больше не живёте свою жизнь, в ней становится всё меньше свободы.
Базовую человеческую потребность в безопасности. Ощущение, что «я себе принадлежу». Вы перестаёте одеваться как нравится, ходить куда хочется, писать что думаете. Каждое решение проходит через обдумывание: «А безопасно ли?». Вы больше не живёте свою жизнь, в ней становится всё меньше свободы.
-
Потом приходит то, что называют паранойей. На самом деле это адаптивная бдительность: мозг автоматически учится считать опасным всё, потому что опасность действительно может прийти откуда угодно. Вы вздрагиваете от уведомлений, сканируете толпу, просыпаетесь от каждого шороха.
Дальше, как вы понимаете, становится хуже. Преследует не только он, но и навязчивые мысли о нём. Вы прокручиваете в голове: что я сделала не так, как он узнал мой новый адрес, где он появится в следующий раз. Мозг, таким образом, пытается вернуть контроль, но вместо этого изматывает ещё сильнее.
А потом может накрыть депрессия. Тревога сжирает столько сил, что к вечеру вы выжаты, даже если никуда не выходили и ничего особо не делали. Ещё начинаются качели с едой: либо не едите совсем, либо заедаете страх. Появляется апатия: зачем что-то делать, если он всё равно найдёт.
Вы начинаете исчезать: меняете номера, переезжаете, перестаёте отвечать друзьям. И однажды просыпаетесь в полной изоляции, без привычных улиц, без близких, без поддержки.
Реальные шаги, которые можно предпринять прямо сейчас:
Вы начинаете исчезать: меняете номера, переезжаете, перестаёте отвечать друзьям. И однажды просыпаетесь в полной изоляции, без привычных улиц, без близких, без поддержки.
Реальные шаги, которые можно предпринять прямо сейчас:
- Фиксируйте всё. Сообщения, приходы к домофону, даты и время. Это опора, чтобы не скатываться в самогазлайтинг, когда кажется «я всё придумываю». И это плюс доказательства для полиции.
- Меняйте соцсети. Закрытые, с новым именем, только для близких людей.
- Не выходите одна в уязвимых ситуациях. Но изучайте места, куда можно пойти и одной, чтобы постепенно со временем возвращать себе самостоятельность.
- Найдите одного человека, который выслушает и поверит. Без «сама виновата» и «да он просто влюблён».
- Обратитесь в фонд помощи. В экстренном случае не ждите, что справитесь в одиночку.
- Идите к психологу на еженедельную поддерживающую терапию. Чтобы было легче выносить эту реальность, не скатываться в жертву, проработать напряжение, вернуть телу способность расслабляться, а себе право на злость и на свободную жизнь.
- Так как базовая потребность в безопасности не закрыта. Это может привести к ПТСР, тревожному расстройству, глубокой депрессии. И лучше, если вы обратитесь к психиатру или неврологу, чтобы вам выписали препараты для поддержания состояния в этот сложный период.
Главное: не застывать, а действовать маленькими шагами, с поддержкой, бояться, но действовать.
